Неточные совпадения
Еще в прошлом году, когда собирался я вместе с ляхами на крымцев (тогда еще я держал руку этого неверного народа), мне говорил игумен Братского монастыря, — он, жена,
святой человек, — что антихрист имеет власть вызывать душу каждого человека; а душа гуляет по своей
воле, когда заснет он, и летает вместе с архангелами около Божией светлицы.
Идея
святой Руси имела глубокие корни, но она заключала в себе и нравственную опасность для русского человека, она нередко расслабляла его нравственную энергию, парализовала его человеческую
волю и мешала его восхождению.
— Бабушка! разве можно прощать свою мать? Ты
святая женщина! Нет другой такой матери… Если б я тебя знала… вышла ли бы я из твоей
воли!..
Южнее Александровска по западному побережью есть только один населенный пункт — Дуэ, страшное, безобразное и во всех отношениях дрянное место, в котором по своей доброй
воле могут жить только
святые или глубоко испорченные люди.
Читали на ней «Печерский патерик», сказания о жизни
святых, об их молитвенных подвигах, о смирении, самоотвержении и полной покорности
воле Божией…
— Не испытывай, Степанушка, судеб Божиих, — сказал Пахом. — Не искушай Господа праздными и неразумными мыслями и словесами. Он, милостивый, лучше нас с тобой знает, что делает. Звезды небесные, песок морской, пожалуй, сосчитаешь, а дел его во веки веков не постигнешь, мой миленький. Потому и надо предать себя и всех своих
святой его
воле. К худу свят дух не приведет, все он творит к душевной пользе избрáнных людей, некупленных первенцев Богу и агнцу.
— Да, она «труба живогласная», — молвила Варенька. — Она
святая пророчица, устами ее дух
волю свою вещает.
— Молви
святое слово, батюшка отец Софрон, не утаи
воли Божией… Будет аль не будет жить раб Божий младенец Архипушка?
— Не моги роптать, отец Анатолий, — внушительно сказал ему Израиль. —
Воля святого владыки. Он лучше нас знает, что нам потребно и что излишне. Всякое дело от великого до малого по его рассуждению строится, и нам судить об его
воле не подобает.
— Христос воскрес, любезненький ты мой, белокрылый голубчик наш. Милуй тебя Господи, примай чаще на себя Божеское наитие, возвещай верным
волю вышнюю. Препрославился ты, возлюбленный, во всех коленах земных!.. Избрáнный ты сосуд,
святой и блаженный пророк!
Наступила ростепель. Весна была ранняя, а
Святая — поздняя, в половине апреля. Солнце грело по-весеннему; на дорогах появились лужи; вершины пригорков стали обнажаться; наконец прилетели скворцы и населили на конном дворе все скворешницы. И в доме сделалось светлее и веселее, словно и в законопаченные кругом комнаты заглянула весна. Так бы, кажется, и улетел далеко-далеко на
волю!
Божиим судьбам смиренно покоритесь… но
волей своей с места
святого шагу ступить не могите!..
— Опричь
воли Господней, Пречистыя его Матери и
святых отец наших, ничьей
воли над собой я не знаю, — с холодным спокойствием ответила Августа и низко склонила голову.
Ему в почесть бывали пиры-столованья на братчинах-микульщинах [Как почитанье Грома Гремучего при введении христианства перенесли у нас на почитанье Ильи Громовника, а почитанье
Волóса, скотьего бога, — на
святого Власия, так и чествованье оратая Микулы Селяниныча перевели на христианского
святого — Николая Чудотворца.
Если ж душа у тебя после молитвы не будет спокойна и сердце станет мутиться, выкинь из мыслей того человека, старайся не видеть его и больше Богу молись — избавил бы тебя от мыслей мятежных, устроил бы судьбу твою, как
святой его
воле угодно.
— Холостая
воля — злая доля, — молвила Таисея. — Сам Господь сказал: «Не добро жити человеку единому». Стало быть, всякому человеку и надобно
святой Божий закон исполнить…
Но обожествление это совершается в жизни
святых, в святыне церкви, в старчестве, оно не переносится на путь истории, в общественность, не связано с
волей и властью.
— Знаю я эту
святую любовь: в твои лета только увидят локон, башмак, подвязку, дотронутся до руки — так по всему телу и побежит
святая, возвышенная любовь, а дай-ка
волю, так и того… Твоя любовь, к сожалению, впереди; от этого никак не уйдешь, а дело уйдет от тебя, если не станешь им заниматься.
— Кто тебя ставил над ним судьею и даже исполнителем этого суда? Если Господь Бог в своей неизреченной благости допускает на земле зло и его носителей, то, значит, это входит в высшие цели Провидения, бдящего над миром, и не человеку — этой ничтожной песчинке среди необъятного мироздания — противиться этой
воле святого Промысла и самовольно решать участь своего брата — человека, самоуправно осуждать его, не будучи даже уверенным, что суд этот не преступление самого совершенного ближним преступления.
Действительно, это свидание на мистически настроенного Зарудина произвело отрадное впечатление, он был почему-то глубоко убежден, что оно, несмотря на последние слова Натальи Федоровны, далеко не последнее, он, проводив графиню, снова вернулся в церковь
святого Лазаря и там горячо благодарил Бога за неизреченную благость, явленную ему избранием его другом-охранителем несчастной, безумно любимой им женщины, он видел в этой встрече в храме доказательство именно этой
воли Провидения.
— Ну, он поначалу было и вразумился, словно и посмирнел, а потом сходил этта по хозяйству, все обсмотрил:"Нет, говорит,
воля твоя, батюшка,
святая, а только уж больно у тебя хозяйство хорошо! Хочу, говорит, надо всем сам головой быть, а Ванюшку не пущу!"
Добрая и честная по натуре, она не испортилась баловством отца и матери, не сделалась ни своевольной, ни капризной, но живя одна, почти без подруг, если не считать единственную Надю Алфимову, девушку без всякого характера, мягкую, как воск, «
святую», как прозвали ее в институте, выработала в себе силу
воли и характер, и подчинить ее чужой
воле, если эта последняя не была основана на разумных и ей понятных причинах, было трудно даже для отца и матери.
— Чудо-богатыри, — сказал им Суворов, — крепость непременно должна быть взята; это повелевает матушка-царица, а
воля ее —
святой закон.
— Это произошло по
воле Божией, — сказал Григорий Александрович окружающим. — Посмотрите на эту церковь, я соорудил ее во имя
Святого Георгия, моего покровителя, и сражение под Кинбурном случилось на другой день его праздника.
— Видал, как бабов забижают! То-то вот! И сырое полено долго поджигать — загорится! Не люблю я этого, братаня, не уважаю. И родись я бабой — утопился бы в черном омуте, вот тебе Христос
святой порукой!.. И так
воли нет никому, а тут еще — зажигают! Скопцы-то, я те скажу, не дурак народ. Про скопцов — слыхал? Умный народ, очень правильно догадался: напрочь все мелкие вещи, да и служи богу, чисто…
Глядя на Евангела, Катерина Астафьевна благословляла жизнь в ее благе; сливаясь душой с душой Синтяннной, она благоговела пред могуществом
воли, торжествующим в
святой силе терпения, и чувствовала себя исполненной удивления и радости о их совершенстве, до которого сама не мечтала достигнуть, не замечая, что иногда их даже превосходит.
Самоубийцей называется тот, кто, под влиянием психической боли или угнетаемой невыносимым страданием, пускает себе пулю в лоб; для тех же, кто дает
волю своим жалким, опошляющим душу страстям в
святые дни весны и молодости, нет названия на человеческом языке.
Ну, да уж если так Богу угодно, то и мы
святой его
воле покоряться должны!
Давно бы пошел Пахомыч по
святым местам грех свой тяжкий, кровавый отмаливать, да дал он горбуну клятву страшную у гроба его сестры без его
воли шагу не ступит.
«Батюшка, Степан Михайлыч! — голосила Арина Васильевна, —
воля твоя
святая, делай что тебе угодно, мы все в твоей власти, только не позорь нас, не срами своего рода перед невесткой; она человек новый, ты ее до смерти перепугаешь…» Вероятно, эти слова образумили старика.
Княжна слушала рассеянно отчеты ее поверенного против ее
воли. Она, видимо, примирилась с ним, как с неизбежным злом. За последнее время она вдруг сделалась религиозной, почти ханжой, и ежедневно ездила на поклонение московским
святым и на могилу брата. Под влиянием этого настроения, быть может, она считала графа Довудского грозным посланцем разгневанного неба.
— И отечеству, боярин! — перервал с жаром Авраамий. — Мы не иноки западной церкви и благодаря всевышнего, переставая быть мирянами, не перестаем быть русскими. Вспомни, Юрий Дмитрич, где умерли благочестивые старцы Пересвет и Ослябя!.. Но я слышу благовест… Пойдем, сын мой, станем молить угодника божия, да просияет истина для очей наших и да подаст тебе господь силу и крепость для исполнения
святой его
воли!
— Незнакомый мне мир, с его прелестями, не пленяет меня, я смирилась перед неисповедимою
волею Господа моего, отнявшего у меня первую и последнюю мирскую привязанность, я благословляю за это
Святое Имя Его, я сама истолковала это в смысле призыва к служению Ему Единому и с чистым сердцем, со свободною
волею отдаю себя этому служению… Матушка-игуменья, — вдруг опустилась она перед матерью Досифеей на колени, — благословите постричься…
Под присягою, где следовало быть подписи присягающего, написано было крючковатым, нечетким крупным почерком отречение и в заключение сказано: «Хотя за это и царский гнев на мя проилиется, буди в том
воля Господа Бога нашего Иисуса Христа, и по
воли Его
святой за истину аз раб Христов Иларион Докукин страдати готов.
Строгие лица
святых глядели на этих двух женщин. Лицо игуменьи Досифеи, вставшей с колен и уже силою
воли, видимо, преодолевшей первый порыв волнения, с обычной строгостью обращенное на молодую девушку, имело сходство с ликами старинного письма, глядевшимися из киота.
А теперь,
воля твоя, не могу, не в силах… я еще не в
святой ограде… дай мне насладиться за нею благами мирскими, насмотреться на прекрасные очи, наслушаться волшебного голоса, и потом — готов хоть на плаху!
Начнет этакий старик поучения читать: вот, дескать, была у нас в Торжке девушка, и вселились в нее черти; отвезли ее к какой-то там
святой бабушке, продержали год, — как рукой сняло; вышла на
волю, поела скоромного пирожка, и опять в нее черти вселились…
— Здорово, ребята, здорово! — говорил Глеб, продолжая оглядывать сыновей и разглаживая ладонью морщины, которые против
воли набегали и теснились на высоком лбу его. — Где ж это вы пропадали? Сказывали: за две недели до
Святой придете, а теперь уж Страстная… Ась?..
Напрасно, напрасно в тюрьме я сижу, Напрасно на
волю святую гляжу. Погиб я, мальчишка, погиб навсегда! Годы за годами проходят лета…
Здесь он садился сам и, усадив рядом с собою жену, обнимал рукою ее стан и начинал ей с восторгом и декламацией говорить о боге, о просвещении и о
святой независимости доброй совести и доброй
воли.
— Как вы убиваетесь, Марья Александровна! Вспомните-с, что сны ниспосылаются богом-с. Уж коли бог захочет-с, так уж никто как бог-с, и на всем его
святая воля-с лежит-с. Сердиться тут уж нечего-с.
Моля
святого отца доставить тишину Европе и соединить всех венценосцев для одоления неверных, не признаешь ли ты сам главного уважения к апостольской римской вере, дозволив всякому, кто исповедует оную, жить свободно в российских владениях и молиться Всевышнему по его
святым обрядам, — ты, царь великий, никем не водимый к сему торжеству истины, но движимый явно
волею Царя Царей, без коей и лист древесный не падает с ветви?
И действительно, в те отдаленные времена в разбой шли дурно направленные людьми и обстоятельствами порой лучшие русские силы, не выносившие государственного гнета в лице тех «супостатов», для которых не было «
святых законов»: воевод, тиунов, приказных и подьячих… Они уходили на
волю и мстили государству и обществу, не сумевшим направить их на истинно русские качества: отвагу, смелость и любовь к родине, на хорошее дело.
Чистота, полная преданность
воле Бога и горячность этой девушки поразили старца. Он давно уже хотел отречься от мира, но монастырь требовал от него его деятельности. Эта деятельность давала средства монастырю. И он соглашался, хотя смутно чувствовал всю неправду своего положения. Его делали
святым, чудотворцем, а он был слабый, увлеченный успехом человек. И открывшаяся ему душа этой девушки открыла ему и его душу. И он увидал, как он был далек от того, чем хотел быть и к чему влекло его его сердце.
— О, коли так, коли мой совет не угоден вам, — перебил Варфоломей, воспламеняясь, — так знайте: я имею еще одно средство вам услужить… Но этого не скажу,
воля ваша, не скажу, хоть бы сам великий князь приказывал… Голову свою положу на плаху, не скажу… Может статься, всевышний, любя вас, выбрал меня орудием… Шел мне навстречу юродивый, видно,
святой человек, и молвил мне такие слова… Нет,
воля ваша, не скажу… скреплю сердце, замкну уста… Прощайте, прощайте.
На другой день, с приличными духовными обрядами, заложен первый камень под основание Успенской соборной церкви. Вслед за тем начал Аристотель и строить ее по образцу владимирской. С удовольствием заметил он, что тип ее находится в Венеции, именно церковь
святого Марка. Но перелом, сделанный в нем победою религиозной
воли над славолюбием и лучшими его надеждами, был так силен, что положил его на болезненный одр, с которого нелегко подняли его пособия врача и друга и любовь сына.
— Так что ж? — сказал хладнокровно капитан Зарядьев, который, опорожнив глубокую тарелку с вареным картофелем, закурил спокойно свою корневую трубку. — Оно и кстати: о спажинках на
святой Руси и
волею постятся.
Сие завещание заключает в себе последнюю мою
волю. Благословляю дочь мою Елизавету во имя Отца и Сына и
Святого Духа».
Святая молонья
Раздала дары своя:
Апостолу Петру —
Ему летнюю жару;
Угоднику Николе —
На морях, озёрах
волю;
А пророку Илие —
Золотое копие…
— Но у царя нашего есть верные слуги, они стерегут его силу и славу, как псы неподкупные, и вот они основали общество для борьбы против подлых затей революционеров, против конституций и всякой мерзости, пагубной нам, истинно русским людям. В общество это входят графы и князья, знаменитые заслугами царю и России, губернаторы, покорные
воле царёвой и заветам
святой старины, и даже, может быть, сами великие…